Не тем ударился о воду, дурачок...
Все чаще и чаще меня посещали мысли о том, насколько я мерзкое, низменное и безумно одинокое существо. Действительно, несмотря на то, что я любил многих и меня, я твердо знал это, также многие любили, я прекрасно понимал, что умри я сейчас или столетием позже, никто даже и не вспомнит обо мне. Именно тогда я начинал понимать, что Винсент оказался прав, покидая меня, и прав был, когда говорил, что преподал мне главный свой урок. Только в одном он ошибся, вовсе ни тогда я понял, насколько одинок, а два с половиной столетия спустя. Возможно, этот срок оказался слишком велик для меня, возможно, я не должен был прожить столько. Также не должен был я пройти такие испытания, будучи настолько молодым, не будучи еще в состоянии правильно понять и сделать какие бы то ни было выводы из перенесенного. Однако, сейчас уже было поздно, да и совершенно не нужно пытаться что-то изменить. У меня не было шанса как-то замолить свои грехи, тем более, я не верил в Бога. Нет! Я ни в коем случае не сожалел о том, как прожил эти столетия. Я успел сделать слишком многое, что не смог бы сделать, если бы не умер в свой девятнадцатый день рождения. Я не мог не задумываться о том, что впереди меня ждет холодная и безжалостная вечность со всеми ее причудами и ловушками, не мог ни понимать, что еще ни раз я буду терять кого-то и находить снова того, кого полюблю, но только затем, чтобы снова потерять. Спирал вечной жизни… И меня бесповоротно затянуло в самый ее центр. Но теперь, по прошествии стольких лет, я уже не имел права на оправдание, да я не искал его, на слезы или мольбы о прошении, ведь я шел по жизни, не оглядываясь назад, не считая жертв.